Обезьяны гибралтарские: Берегитесь обезьян! — отзыв о Гибралтарская Скала, Гибралтар — sp-love.ru

Берегитесь обезьян! — отзыв о Гибралтарская Скала, Гибралтар

Ездили на Гибралтар дважды, пока катались по Андалусии. К сожалению, причиной повторного визита стало одно неприятное обстоятельство, но обо всем по порядку.
На арендованной машине и с многократной шенгенской визой пересечение границы заняло 10 минут, включая заполнение анкет на всех пассажиров и штампы в паспортах. Очень прикольный момент: Гибралтар, кажется, единственное цивилизованное место в мире, где на собственной машине вы пересекаете взлетную полосу аэропорта — необычные ощущения.
Мы поднимались на скалу по канатной дороге, и тут есть два неприятных момента: парковка у канатки была забита даже в несезон; билеты туда-обратно не стоят своих денег. Есть еще вариант подниматься на местных экскурсионных минибасах, это дешевле, но на остановках вы привязаны ко всей остальной группе.
Виды со скалы просто чумовые, и на саму скалу, и на испанское побережье, и на Африку. В Андалусии солнечная и ясная погода почти 300 дней в году, и это значит, что Африку видно почти всегда. К тому же пролив небольшой — всего 17 км.
Главное развлечение, конечно, обезьяны. Мы вознамерились было их покормить, но вовремя увидели объявление, что штраф за кормление — 4000 фунтов. Мы довольно долго гуляли по верхушке скалы, заходя на разные смотровые площадки. Наша 7-летняя дочь, имея позитивный опыт общения с обезьянами на Бали, рвала их любимые цветочки (которые они самы срывали и ели) и раздавала малышам-макакам. Внезапно на нее наскочил взрослый грозный макак и вцепился ей в руку. Пока мы наскочили на него в ответ, укусить он ее успел прилично. Работник парка перевязал руку и сказал, что это случается довольно часто, но мы можем не волноваться, т.к. все мартышки здоровые — раз в месяц они прививаются.
На следующий день, пообщавшись по телефону с нашим педиатром, мы решили таки вернуться и показать руку врачам. Приехали в гибралтарскую больницу, где, заполнив анкету, через 5 минут нас принял врач, потом отправил на осмотр к хирургу. Тот заверил нас, что заразиться от обезьян ничем нельзя, но все-таки прописал антибиотики, т.к. бактерии во рту у обезьян никто не отменял. Консультация и перевязка были бесплатными, но нас предупредили, что в случае наложения швов нужно было бы платить. Слава Богу, все обошлось. В аптеке через дорогу нам за 5 минут сделали антибиотик со вкусом клубники за 2,5 фунта, который мы с удовольствием принимали 5 дней. Вот так, отделались легким испугом и получили интересный опыт. Надеюсь, он будет полезным и для вас)

Британский полуостров – Weekend – Коммерсантъ

провела Екатерина Истомина

Трудно сказать, с правильной ли стороны мы залетели в Гибралтар. Мы вылетели в Гибралтар из лондонского аэропорта Льютон на небольшом бизнес-джете (из Льютона летают либо бюджетные авиакомпании, либо джеты). И через два с половиной часа мы уже сидели в аэропорте Гибралтара.

Аэропорт производит странное — в геологическом смысле — впечатление. Такое ощущение, что взлетно-посадочную полосу вырыли прямо в скале, снеся ей, этой скале, башку и насыпав щедро хорошего песка. Наше первое впечатление не оказалось обманчивым: весь Гибралтар — это и есть сильно вытянутая скала-полуостров. Полуостров соединен с Пиренейским полуостровом, то есть с территорией Испании, песчаной нейтральной зоной шириной в 1,5 километра. Порт и город Гибралтар стоят на остатках некогда очень большой скалы — местные жители скалу то и дело искусно подкапывают и подпиливают (экскаватор — вот одна из самых популярных здесь машин) и на освободившихся местах строят себе дома.

Итак, если смотреть на Гибралтар из географически родной нам Москвы, то выйдет, что мы сделали немалый воздушный крюк. Но если же смотреть с исторической точки зрения, то кроме как из Британии мы в Гибралтар долететь не смогли бы. Согласно Утрехтскому договору от 1713 года, Испания «выдала навеки» Британии эту скалу, и с тех пор Гибралтар является британской колонией — единственной сегодня в Средиземноморье, поскольку еще один британский анклав, остров Менорку (входит наравне с Майоркой и Ивисой в архипелаг Балеарских островов), англичанам в конце концов пришлось испанцам вернуть — так захотел Наполеон Бонапарт. С 1713 года Гибралтар — «старая добрая Англия», но только с пальмами, душистыми кипарисами и даже с пляжами. Это единственное место на здешнем средиземноморском побережье, где можно выпить чаю ровно в пять часов, получить к чаю стакан хорошего портвейна и номер Times, еще пахнущий типографской краской.

В 1967 году королева Елизавета пожаловала Гибралтару конституцию — это было связано с тем, что Франко в очередной раз захотел вернуть Гибралтар Испании. Однако эта конституция не повлияла на количество красных британских телефонных будок и британских пивных пабов с деревянными витринами — таких много в Лондоне, таких много и в Гибралтаре. Согласно опросам общественного мнения, которые регулярно проводятся в Гибралтаре, подавляющее большинство его жителей желают жить в Британии, а не в Испании.

Фото: AP

Единственное, что коренным образом отличает гибралтарский пейзаж от лондонского, так это дома. Никакого красного мелкотравчатого истинно «английского» кирпича вы не найдете. Здесь царит привычный для соседнего испанского побережья Коста-дель-Соль архитектурный типаж — небольшие, но с претензией на грацию светло-желтые домики в колоннах и завитушках, с легкомысленными балкончиками и цветущими палисадниками (одно из самых популярных растений здесь — это пахучий рододендрон под названием «Гибралтар», пышный красный цветок, напоминающий мальву). То есть в архитектурном отношении Гибралтар — это без пяти минут курорт Марбелья (он находится всего в часе неспешного плавания на яхте), но, подчеркиваем, с пабами, красными почтовыми ящиками и красными телефонными будками. Плюс полисмены — столь же высокие и в тех же смешных касках с кокардой, что и в Лондоне.

Гибралтарский пограничник любезно шлепнул нам в паспорт какой-то крошечный штамп, и мы на самых законных основаниях отправились в особняк адмирала. Сейчас здесь живет какой-то местный гражданский начальник, а раньше был дом начальника военного. Плантаторское строение — большой светло-желтый дом. Дом стоит на возвышении (хорошо видна прибрежная полоса, заполненная яхтами,— кстати, водный путь в Гибралтар очень популярен у состоятельных отдыхающих на Коста-дель-Соль), и он окружен исключительным садом.

Мы должны сказать, что Гибралтар — это, конечно, безродная и бесплодная скала. Однако скала знаменита своей богатой флорой и фауной. Заросли разноцветных рододендронов переходят в чащи кипарисов, а те — в леса карликовых сосен, которые сменяют стройные пальмовые ряды. Что касается фауны, то в Гибралтаре нужно быть весьма осторожным — здесь обитает колония невероятно редких бесхвостых мартышек. Гибралтар считается единственным местом в Европе, где обезьяны живут припеваючи и на воле. В том-то и дело, что перемещение животных ничем не ограничено! Они спокойно бегают по улицам, залезают на столы в кафе и в телефонные будки, а иногда и нагло подворовывают сувениры и курортную одежду, хватая ее прямо с магазинных стоек, выставленных на улицу. Гибралтарские бесхвостые мартышки — это звери столь же невоспитанные, сколь и пушистые. Хвоста у обезьян действительно нет, а вместо него висит свалянный «заячий» комок, который способен угрожающе распрямляться, в случае если мартышка чем-либо встревожена.

Кроме шуток: бесхвостые мартышки — это символ Гибралтара. Это такой же символ, как красная телефонная будка под пальмой. С этими животными связано множество забавных историй — есть даже легенда, что англичане будут владеть Гибралтаром до тех пор, пока на скале живут обезьяны.

Англичане в этом случае оказались людьми невероятно суеверными — они строго следят за жизнью своих подданных-обезьян. Вот, например, что рассказывают недавно ставшие известными ранее засекреченные документы из Британского национального архива, касающиеся гибралтарских мартышек.

Во время второй мировой войны колония мартышек очень сильно пострадала, их популяция сократилась — что обеспокоило Лондон. В 1944 году британский премьер-министр писал министру по делам колоний крайне тревожные письма: «Штат обезьян должен составлять 24 единицы. Необходимо принять все меры, чтобы довести их до такого количества и впоследствии его поддерживать». Министр по делам колоний неизвестно каким образом поставленную его правительством задачу выполнил — мартышки вновь расплодились. Однако Лондон все же не оставлял бедного чиновника в покое — каждые шесть месяцев Гибралтар был обязан предоставлять правительству справку о текущем положении дел с обезьянами. В справке должны были указываться следующие данные: сколько обезьян народилось, какие клички получили новорожденные, сколько скончалось и от какой хвори именно. Со своей стороны, правительство обязалось выплачивать по 9 пенсов в день на пропитание каждой гибралтарской обезьяны. Кстати, и сегодня обезьяны живут за счет британского бюджета, получая корм регулярно дважды в день — утром и вечером.

Фото: AFP

Мартышки плодились и размножались именно так, как это было угодно ее величеству королеве Елизавете. Однако в год дарования Гибралтару конституции неожиданно подвели гибралтарское начальство — в 1967 году специальная лондонская комиссия провела расследование и выявила межполовой дисбаланс. Трагически не хватало самцов. Лондон вновь поставил перед гибралтарским руководством сложную задачу: дисбаланс «разрулить». И гибралтарцы вновь отлично с поставленной задачей справились. Сегодня межполовой баланс окончательно «разрулен», а общее число обезьян, согласно последней переписи, составляет 160 особей. Для наблюдений за животными в разных точках Гибралтара выставлены спецпосты.

Из особняка адмирала мы спустились в город — на узких улицах здесь можно встретить самый разномастный люд. Испанцы, марокканцы и англичане, пожалуй, составляют большую часть этой толпы. Испанцы — это все больше бизнесмены, приезжающие в Гибралтар по делам, марокканцы (большинство из них носят в Гибралтаре национальную одежду) просто живут здесь с незапамятных времен (до Марокко рукой подать, в хорошую погоду из Гибралтара можно увидеть Африку, протяженность Гибралтарского пролива составляет всего 14 километров), а англичане приезжают скорее из туристических соображений, для них Гибралтар — что-то вроде дальней дачи. Большинство англичан носят в Гибралтаре одежду в стиле сафари и зачем-то колониальный пробковый шлем — для солидности, что ли. Туристов очень много, и в большинстве своем они прибывают в Гибралтар водным путем — просто на выходные. Смотреть здесь есть что — кафедральный собор, бывший некогда арабской мечетью, старая крепость, построенная испанцами в XV веке, множество сталактитовых пещер (самая известная носит имя святого Михаила). Плюс, разумеется, бесхвостые обезьяны и морские виды — на море и начинающуюся следом за ним Африку, уже такую близкую.

Обезьяны помогают Гибралтару остатаваться в Британском содружестве

МАДРИД, 4 авг — РИА «Новости», Хуан Кобо. В Гибралтаре берегут обезьян, так как они считаются гарантией сохранения этой колонии в Британском содружестве.

Согласно существующей в Гибралтаре легенде, эта британская колония не перейдет в руки Испании, пока среди скал вокруг военных фортов будут обитать знаменитые обезьяны, завезенные англичанами из Марокко еще в начале XVIII века.

О легенде про обезьян — своего рода гарантов статус-кво в Гибралтаре — газета «Мундо» вспомнила в связи с обострением в последнее время отношений между Лондоном и Мадридом из-за этой британской колонии.

Газета пишет, что поверие про гибралтарских обезьян схоже с другим, согласно которому дела в Англии будут идти хорошо, пока в Тауэре обитают вороны, и очень крепко укоренилась среди англичан. Настолько, что в годы Второй мировой войны британский премьер Уинстон Черчилль в самый разгар сражения в Арденнах осенью 1944 года, когда гитлеровские войска теснили по всему фронту англичан и американцев, в письменной форме потребовал от министра колоний, чтобы в Гибралтаре было не меньше 24 особей обезьян. В сохранившемся документе указано, что «меры по обеспечению такого количества обезьян должны быть приняты незамедлительно и чтобы этот минимальный уровень поддерживался постоянно».

Каждый английский губернатор в Гибралтаре раз в полгода обязан был посылать в Лондон список обезьян, с указанием имен каждой, пола, размера и возраста.

Стараниями властей, которые привезли в Гибралтар новых обезьян, что влило в их поголовье «свежую кровь», в английской колонии теперь насчитывается около 200 животных. Однако они отличаются не столь цивилизованным нравом как обезьяны-аборигены, с каждым разом все больше распоясываются и безобразничают, нападая на детей и пугая их, а также проникая в дома и воруя там пищу. Однако никто не осмеливается их тронуть.

Вспомнив об этой курьезной легенде, газета «Мундо» предполагает, что пока в Гибралтаре будет так много обезьян, переговоры между Лондоном и Мадридом по поводу колонии не сдвинутся с мертвой точки.

Гибралтарская скала и дикие обезьяны: sever_kate — LiveJournal

Продолжаю рассказ о Гибралтаре и сегодня о том, ради чего сюда стоит приехать. Про то, как добраться, о городе и мысе Европы можно посмотреть тут. В этом посте покажу Гибралтарскую скалу и колонию диких обезьян, которые здесь обитают.

На фото пушистый представитель одного из пяти кланов на фоне Гибралтарского залива. Этот вид известен как гибралтарский магот, иберийский макак или макака Барбари и они единственные во всей Европе, кто живет в дикой природе.

Большую часть Гибралтарской скалы занимает природный заповедник, где помимо обезьян живут берберийские куропатки и останавливаются перелетные птицы.

Но для начала о том, как сюда забраться:

Вариант первый — пешком. Лично для меня — это самый крутой способ. Но подойдет он в том случае, если в запасе много времени и нет в планах посмотреть Гибралтар за несколько часов.

Помимо того, что можно самостоятельно исследовать все тропки и закоулки скалы, по пути ждет Виндзорский подвесной мост, пещера Святого Михаила, многочисленные туннели и смотровые площадки, Мавританский замок и старые военные бастионы.

Моим главным разочарованием после спуска со скалы было случайно увидеть Виндзорский мост и понять, что к нему теперь уже не добраться. Он подвешен над 50-метровым ущельем и виды оттуда открываются бомбические. Это очень крутая локация, поэтому, если окажетесь на Гибралтаре, пожалуйста, не повторяйте мою ошибку)

Вариант второй — канатная дорога. И это тоже отличный способ, к тому же экономит силы и время. Да и сам процесс подъема на канатке мне нравится. Честно говоря, именно так мы и планировали забраться на вершину, но когда подъехали к станции, оказалось, что она закрыта. Я так и не поняла причину, каких-либо объявлений о закрытии не было, только график работы. Причем, судя по нему, канатка должна была работать.

Рядом со станцией есть большая бесплатная парковка, подъем стоит 16 фунтов для взрослых и 7 для детей. Расположена она недалеко от Южного бастиона, на Red Sands Road.

И, наконец, вариант третий — местные такси. Таксисты, кажется, везде одинаковы. Эти ребята настойчиво подходили к нам несколько раз, пока мы изучали график работы и стояли в раздумьях о причине закрытия. Стоимость поездки 25 евро с человека, но могу сказать, что оно того стоило. Как оказалось в итоге — этот способ был наилучшим для нас. Потому что за час поездки нас отвезли в три удаленные друг от друга локации, на которые самостоятельно мы бы потратили минимум часа три.

Первая остановка на скале — Pillars of Hercules или Столпы Геркулеса. И тут не обойтись без погружения в греческую мифологию. Если очень коротко, то в античном мире Гибралтарская скала считалась северным столпом, а гора Монте Ачо в Сеуте, либо Джебель Муса в Марокко (достоверно неизвестно) — северным.

Согласно греческой мифологии, Геракл, совершая один из своих подвигов, достиг Гибралтарского пролива и отметил это место как конечную точку маршрута на западе. А древние греки уже присвоили ему название Геркулесовых столпов. Своего рода это был край света, предел мира и мореплаватели дальше столпов не заходили.

У римлян была легенда, что Геракл добрался до Атласских гор, но взбираться на них ему было лень, поэтому он просто пробил сквозь них дыру. Зря что ли силой богатырской обладал? Таким образом и возник Гибралтарский пролив, соединивший Средиземное море и Атлантику.

А Платон вообще считал, что за Геркулесовыми столпами располагалась Атлантида. И по его же словам, на обеих скалах были установлены статуи на высоких колоннах, которые и сейчас изображаются на флагах, гербах, монетах и зданиях по всему миру. Кстати, считается, что и знак доллара изображает Геркулесовы столпы, обвитые мифическим змеем.

В общем, легенд много, не разберешь какая из них является первоисточником, что было, а что не было, но на этом месте стоит вот такой памятник. В центре круга изображен современный мир с отметками о расстоянии до восьми городов на разных континентах. Москва тут тоже есть и до нее 3 800 км от этой точки.

Отсюда же отлично видно Гибралтарский залив и испанский Альхесирас на другой стороне.

И соседний континент, а именно испанскую Сеуту. Вон та гора в центре кадра — это Монте Ачо и возможный северный столп по легенде о Геракле.

Следующая остановка — Monkey feeding station, где живет большое семейство обезьян. Всего их на скале около 300 особей, но, как писала выше, делятся они на 5 колоний.

Маленький магот, жующий арахис на крыше автобуса. Вообще-то обезьян кормить здесь запрещено, за это даже положен немаленький штраф в 500 фунтов, но водители подсовывают им угощения, чтобы те подошли ближе к туристам.

Перед тем как запрыгнуть на машину, этот малыш сидел у меня на руках, но делать так не рекомендуется. Обезьяны привыкли к людям, но все же они дикие животные. Испугавшись или будучи в плохом настроении они запросто могут проявить агрессию, укусить или поцарапать, особенно если это взрослая особь. Даже этот, с виду милый макак, пытался покусать мою куртку, прежде чем сбежать.

Сеанс обезьяньей медитации над Гибралтарским заливом)

Следит за популяцией местное общество орнитологии и естествознания GONHS. Они же поставляют еду, пресную воду и наблюдают за здоровьем каждого примата.

Временами случается, что обезьянам надоедает сидеть на скале и они отправляются в город. Там они устраивают небольшой погром, нанося ущерб зданиям, машинам и промышляя воровством у прохожих. Так что GONHS кормит и ухаживает за ними еще и для того, чтобы предотвратить такие набеги.

Ну а в целом, чувствуют они себя здесь прекрасно. Валяются на скалах, ищут друг у друга блох, жуют листья и принесенную еду, наблюдают за любопытными туристами и свободно перемещаются.

Для кого-то релакс, а для кого-то работа…

Некоторые выглядят так, что сразу понимаешь — лучше проявлять осторожность и держаться на расстоянии)

Интересно, что ученые точно не знают, откуда они появились на Гибралтаре. По одной из версий их завезли мавры между VIII и XV веком. Она же наиболее вероятная.

Другая — что под Гибралтарским проливом есть подземная пещера, по которой обезьяны самостоятельно перебрались из Марокко. Но это, конечно, всего лишь легенда и сказки для туристов.

И была еще одна теория, но результаты ДНК-теста ее опровергли. По ней гибралтарские маготы остались от своих предков, живших в южной Европе около 5,5 миллионов лет назад.

В общем, как бы оно не было, но обезьяны живут здесь очень давно и можно сказать, что именно они хозяева этой скалы. Я считаю, в этом и заключается крутость этого места. Человек приходит сюда и чувствует себя гостем, а не господином.

Да, туристы идут сюда, чтобы поглазеть на обезьян, наделать фоточек для Инстаграма, но и обезьяны с интересом наблюдают за людьми. И это точно не похоже на зоопарк, где животные сидят в клетках и испытывают ежедневный стресс от заточения. В принципе, во всем цивилизованном мире пришли к пониманию, что цирки и зоопарки — это плохо, остается только дождаться, когда их не станет совсем.

Детенышей довольно много и они очень забавные…

Этот похож на главу стаи… Сосредоточено наблюдает за чем-то внизу, а рядом валяется обертка от шоколадки. Вероятно кто-то из туристов нарушил правило, не побоявшись штрафа или отобрал сам.

Везде пишут, что увидев еду в руках человека, обезьяны за считанные секунды ее отбирают и лучше не сопротивляться. Поэтому не стоит приходить с припасами и пакетами. Целлофановый пакет для макаки знак, что в нем есть что-то вкусное, поэтому надо добыть и съесть. В первую очередь это важно для здоровья самих обезьян. Шоколадный батончик или чипсы точно не пойдут им на пользу.

А этот малыш с аппетитом уминает какие-то листья. Шоколада ему не досталось.

При взгляде на него возникает естественное желание потискать и поиграть как с котом, но нельзя))

Обезьянья семья на стене Карла V…

Ну и виды отсюда открываются захватывающие. Внизу малонаселенная восточная сторона Гибралтара, с выходом к Средиземному морю. В предыдущем посте писала, что места здесь очень мало, поэтому местные жители расширяют город с помощью вот таких насыпей, на которых потом строят дома и дороги.

Пляж в поселке Sandy Bay со стороны Средиземного моря. Говорят, что песок сюда завезли из Сахары. Красиво…

Западная сторона и тут тоже хорошо видно, как за счет осушения город расширяется. Здесь же находится окончание крепостной стены Карла V, про которую тоже писала в прошлом посте.

Где-то за той вершиной конечный пункт канатной дороги. Там есть кафе и смотровая площадка.

А это фото с третьей точки маршрута. Нас привезли на одну из многочисленных артиллерийских батарей, которая носит имя принцессы Каролины. С нее хорошо видно новую часть города, застроенную высотками и летное поле. Нам не повезло — взлетающий или садящийся самолет мы так и не увидели.

Стадион Виктория на 5 000 зрителей. Помимо футбольного поля тут есть хоккейная и баскетбольная площадки, бассейн, теннисный корт, поле для гольфа и все это вплотную примыкает к взлетно-посадочной полосе.

Батарея была построена в 1732 году и названа в честь дочери короля Георга II. Под землей находится музей с коллекцией оружия XVIII века, а наверху развеваются флаг Европы, британский Юнион Джек и флаг Гибралтара.

Пушка тут тоже есть…

И можно даже рассмотреть приграничную Ла-Линеа…

В этом месте обосновался один из пяти кланов, но он меньше по численности, а их окрас как будто темней. Наш гид-водитель рассказал, что кланы периодически устраивают войну за передел территории и тогда развязываются настоящие войны. В общем, все как у людей…

На этом наше путешествие по Гибралтару закончилось и могу сказать, что приехать сюда точно стоит. Однако чтобы увидеть все интересности, нужно выделить целый день. К сожалению, у нас такой возможности не было, хотя за 5 часов мы увидели большую часть. Но остались еще туннели, пещеры со сталактитами и неандертальцами, подвесной мост, который не дает мне покоя, пляжи на восточной стороне…

Возможно, все это будет как-нибудь в другой раз, а в тот день мы отправились встречать закат к океану на южном краю Европы. Но об этом в следующих постах…

Гибралтар: легенды и реальность | Журнал ПАРТНЕР

«Партнер» №1 (220) 2016г.

Ирина Парасюк (Дортмунд)

B те давние временa, когда звери еще умели разговаривать, существовaл под Гибралтарским проливом тайный подземный ход. По нему пришли из Африки в Европу маготы – бесхвостые макаки, символ Гибралтара – маленького осколка некогда грозной Британской империи. Люди так и не нашли этот тайный ход. Откуда же, спросите вы, они о нем знают? Так ведь обезьяны раньше умели разговаривать! Вот и проболтались.

Геркулесов столб

На берегу Средиземного моря высятся горы Джебель-Муса и Абила, а с другой стороны – Гибралтарская скала. Раньше все они были одной общей преградой между Атлантическим океаном и Средиземным морем. Проход в скале пробил Геркулес. В пробоину хлынули воды – так возник Гибралтарский пролив.

И зачем были эти труды? А чтобы надежно спрятать коров, которых Геркулес свел со двора великана Гериона. Так говорит легенда, а легенды, как известно, не врут… Кроме сомнительной истории с коровами, Геркулес, можно сказать, еще и прорубил окно из Африки в Европу. За что благодарные карфагеняне и римляне возвели ему на вершине скалы алтарь и возносили молитвы… Эту скалу сегодня называют одним из Геркулесовых столбов. Было это 950 лет тому назад. В 711 году сюда пришли мавры и назвали скалу Джебель Тарик, гора Тарика, Гибралтар.

Потом здесь было королевство Кастилия, потом – опять мавры. С 1642 года Гибралтар стал частью Испанского королевства. B 1713 годy он отошел к Великобритании. Не надо думать, что испанцы смирились. Гибралтар пережил осады и бомбардировки во время трех войн между Испанией и Великобританией. Четырнадцатой по счету и последней стала осада в XVIII веке. Точку поставило Трафальгарское сражение.

Трафальгарское кладбище

Старое кладбище Саутпорт-Дитч, открытое в июне 1798 года, в 1805 году было переименовано в Трафальгарское. На ограде – бeлая мраморная плита: «На этом кладбище покоятся воины армии Его Величества и члены их семей с 1708 по 1835 годы. Здесь погребены останки тех, кто пал в бою или скончался от ран, полученных в сражениях». На этом гибралтарском кладбище похоронены только два участника Трафальгарской битвы, умерших от ран: лейтенанты Уильям Форстер и Томас Норман. Большинство же погибших нашли вечный покой в море.

Тело адмирала Нельсона, погибшего во время Трафальгарской битвы, было доставлено в Лондон. В этой связи рассказывают трагикомическую историю. Во время морского перехода из Гибралтара в Альбион тело прославленного адмирала для сохранности поместили в бочку с ромом. Ночами моряки тайно отпивали ром из бочки. Скорее всего, они просто хотели выпить. Но говорили, что вместе с кровью адмирала они рассчитывали наследовать его силу и отвагу. Так что всё только пользы для… Сколько правды в этой истории, не известно. Однако в магазинах Гибралтара и сегодня продается ром «Кровь Нельсона».

Операции «Трейсер», «Феликс» и каудильо Франко

Вторая мировая война не миновала Гибралтар.В 1939 году гражданское население было эвакуировано. Гибралтар стал форпостом морской обороны союзников в Cредиземном море. Еще в XVIII веке защитники Гибралтара использовали тоннели в скале. С началом Второй мировой войны иx расширили и построили новые для подземных автодорог, госпиталей и казарм, а затем под землей разместили 30-тысячный гарнизон.

Операция «Трейсер». Только в 1997 году с нее был снят гриф секретности. Ha случай захвата Гибралтара нацистами в специальном помещении в скале была замурована(!) группа из шести разведчиков. В их задачу входил сбор и передача по радио информации о перемещении противника. Были предусмотрены специальные системы наблюдения, охватывающие весь Гибралтар, а также система вентиляции, запасы воды и продовольствия. Захвати фашисты Гибралтар – шансов выжить у группы не было.

В 1940 году немецким Генштабом была разработана операция по захвату Гибралтара. Здесь надо сказать несколько слов. Понятно, что во все времена Испания к присутствию англичан у себя в подбрюшье относилась без особой радости. Еще Оливер Кромвель в 1655 году говорил, что Гибралтар нужен для «выгоды нашей торговли и чтобы злить испанцев». С тех времен мало что изменилось. Испанцы злились, каудильо Франко был другом адмирала Канарисa, немецкие разведчики чувствовали себя в Испании как дома.

Канарис и предложил Гитлеру план захвата Гибралтара, заметив, что «орешек крепкий, но нам по зубам». Планировалось захватить скалу в три дня. Гитлер план одобрил. Операция получила название «Феликс»!. Всё шло просто прекрасно, но… вдруг заупрямился Франко. Kаудильо не хотел военного конфликта с Англией и не очень доверял немецким друзьям. На переговорах с Риббентропом Франко потребовал заведомо невозможное – передачy Испании французских колоний в Африке, плюс огромную финансовую помощь. Гитлер решил встретиться с каудильо лично. Но Франко не спешил. Их встреча состоялась только через месяц. На этот раз каудильо придумал другую отговорку. Он заявил, что «с точки зрения чести нации Гибралтар могут взять одни лишь испанские войска, но для них нужно искать необходимое снаряжение». Наверное, он бы придумал что-нибудь еще, но пришедшему в ярость фюреру хватило и этого. Обозвав Франко «еврейским ублюдком», он заявил, что лучше даст себе вырвать несколько зубов, чем снова вступит с каудильо в переговоры. И войска вермахта через Испанию так и не прошли.

А 6 ноября 1942 года в Гибралтаре появился генерал Дуайт Эйзенхауэр. Он возглавил операцию «Тогсh» – первую в этой войне совместную операцию союзников. Это была их высадка в Северной Африке.

План немцев по захвату Гибралтара был похоронен.

Мифы и правда

Существует поверье – покуда в Гибралтаре живет хоть одна макака, он будет принадлежать англичанам. Уинстону Черчиллю приписывают фразу: «Мы будем защищать гибралтарских обезьян до последнего англичанина». Говорил ли он это на самом деле, бог его знает… Но достоверно известно другое. Во время Второй мировой войны в Гибралтаре осталось всего семь(!) макак. В 1944 году, как раз тогда, когда немцы насели на союзников в Арденнах, Черчилль отдал приказ министру колоний немедленно завезти в Гибралтар хотя бы 24 обезьяны. В документе так прямо и было сказано: «… меры по обеспечению такого количества обезьян должны быть приняты незамедлительно, и чтобы этот минимальный уровень поддерживался постоянно».

Cвоими глазами

Миновав обе границы, испанскую и английскую, мы сразу попали в дорожную пробку и минут десять злились у светофора. Утешали лишь воспоминания о километровых пробках у нас в Германии. Оказывается, мы ждали, когда… приземлится самолет.

Международный аэропорт Гибралтара уникален. Через eго взлетно-посадочнyю полосy проходит проспект Уинстона Черчилля, ведущий от границы с Испанией в центр. А до центра… 500 метров. Ho самолеты с машинами и пешеходами уживаются вполне мирно. Правда, в 2002 году почти произошла авария с рейсом Monarch Boeing 757-200. Кто-то из пилотов что-то не так сделал, но быстро исправил ошибку, и жертв удалось избежать.

Единственную страшную авиакатастрофу Гибралтар пережил в июле 1943 года. Тогда через 16 секунд после взлета упал в море «Либерейтор II 511», принадлежащий Королевским ВВС. На борту был премьер-министр польского правительства в изгнании и командующий Армии крайовой генерал Владислав Сикорский. Говорили о советском, британском или даже польском заговоре. Была версия, что причиной катастрофы стал контрабандный груз, сорвавшийся с креплений и заклинивший систему управления.

Сталин ненавидел генерала Сикорского. Им был недоволен и Черчилль. У него были враги среди поляков. Катастрофа была признана несчастным случаем…

Британский талисман

Гибралтар – единственное место в Европе, где обезьяны живут на свободе. Hас предупреждали: макаки на скалe дикие, они выхватывают сумки, срывают очки, иногда кусаются… Поднимаясь к месту их обитания, мы были исполнены осторожности и благоразумия. Куда что делось? Потому что это обезьянье царство завораживает. Когда ты видишь, как одна обезьянка едет на крыше машины, другая влезла через окно и обнимает за шею водителя, третья подходит к тебе и умильно смотрит.., в сознании что-то сдвигается.

Один такой мохнатый хулиганчик, встав на задние лапы, явно подбирался к моим очкам. Вы думаете, я спасалась бегством? Держала крепко те самые очки? Да нет же. Я, как ненормальная, вопила мужу: «Скорее, фотографируй скорее!!!»

Штраф за кормление обезьян – 500 фунтов. Когда из моей сумки (на одну секунду открывшейся) нахалюга выхватил пачку печенья, он явно о штрафе не думал. Честно говоря, мы тоже. Потому что, когда это очаровательное существо с серьезной мордочкой садится на пятую точку, сосредоточенно снимает упаковку (только что не относит в мусорную урну) и лопает это печенье – ты забываешь обо всем…

Hе знаю, можно ли англичан считать сентиментальными. Но к своим макакам они относятся нежно и трепетно. Раньше обезьяны находились под опекой британской армии, потом – Гибралтарского полка. Расходы на овощи, фрукты и орехи были включены в бюджет Гибралтара.

В начале XX века появилась должность— «офицер, отвечающий за обезьян». Занемогшую макаку помещали в Королевскую военно-морскую больницу. В специальном документе было прописано, что обезьянa получает такое же медицинское обслуживание, как и рядовой армии. Говорят, что иной раз их можно было увидеть на соседних койках.

В наши дни обезьян опекает правительство Гибралтара. Каждый день они получают пресную воду, овощи, фрукты. За состоянием их здоровья следит Гибралтарская ветеринарная клиника. Проводятся совместные исследования с различными научными институтами, в их числе – Центр приматов в немецком Гёттингене.

Гибралтар испытывали на прочность 14 раз. Его захватывали мавры, осаждали турки и испанцы, грабили пираты… Гибралтарцы говорят, что «добрые» традиции пиратов сегодня продолжают макаки. Они воруют всё, что плохо лежит, и что хорошо лежит – тоже… Но им прощается всё. Потому, что их любят…

Конечно, сегодня не увидишь обезьянку в одной госпитальной палате с британским солдатом. А знаете почему? Да потому, что люди – это только люди, а маготы… это живой талисман скалы. Ведь каждый знает – пока на скале проживает хоть одна обезьяна, Гибралтар остается английским!

Самая древняя в Старом Свете обезьяна найдена в ОАЭ

Останки самой древней в Старом Свете обезьяны найдены и изучены в Арабских Эмиратах. Это позволило ученым пересмотреть существовавшие ранее представления о происхождении и переселении обезьян, родословная которых имеет много общего с историей человечества.

Прародиной как древних людей, так и древних обезьян считается Африка, только проникали они туда разными путями и в разное время. Найденный в пустыне в эмирате Абу-Даби зуб древнего представителя подсемейства мартышковых свидетельствует в пользу гипотезы о пути обезьян в Евразию через Аравийский полуостров, а не через Гибралтарский пролив.

Расхождение ветвей, давших начало подсемействам мартышковых и тонкотелых обезьян, произошло около 14,5–17 млн лет назад. После этого обе группы обезьян расселились по югу Евразии, стали успешными и многочисленными.

Существует три предполагаемых маршрута миграции мартышек из Африки: через Гибралтар в Средиземноморье, а оттуда на север и северо-восток; через Синайский полуостров на северо-восток; через Баб-эль-Мандебский пролив на восток.

Ранее ископаемые мартышки были найдены в Испании, что, казалось бы, подтверждало средиземноморскую гипотезу. Сторонники арабских версий не имели фактического материала в достаточном количестве. Единственным, на что они опирались, был нижний клык самца мартышки, обнаруженный в 1989 году Питером Уайброу недалеко от Абу-Даби. Из-за того что нижние клыки самцов обезьян трудно идентифицировать с точностью большей, чем до семейства, данное палеонтологическое доказательство было слабым подтверждением.

Все изменилось спустя примерно 20 лет, когда в ходе экспедиции Кристофера Гилберта в 2006–2011 годах в ту же самую область, на геологическую формацию Баунунах на острове Шувэйхэт, был обнаружен еще один ископаемый образец, представляющий собой нижний малый коренной зуб древней мартышки.

Идентифицировать коренной зуб, измерив его параметры, оказалось легче, что и сделали ученые, сравнив находку с такими же у разных видов мартышек и макак, как вымерших, так и ныне живущих. Некоторые характеристики делали обладателя похожим на подсемейство тонкотелых обезьян, но по большинству параметров он оказался близок к зубам современных представителей трибы (таксономическая группа, меньшая, чем подсемейство, объединяющая несколько родов) мартышковых (Cercopithecini) , о чем авторы открытия и сообщили в статье в журнале PNAS.

Формация Баунунах состоит из сланцев и известняков, залегающих слоями. Находка была извлечена из слоя, датированного поздним миоценом. Таким образом, древняя мартышка ходила по земле 6,5–8 млн лет назад, что

противоречит предположениям о более позднем происхождении этой группы обезьян и переселении их в Евразию в плиоцене или плейстоцене. Кроме того, находка может претендовать на роль самого древнего из всех образцов ископаемых мартышек, обнаруженных за пределами Африки.

Как экспедиция Питера Уайброу в 1988–1995 годах, так и экспедиция Кристофера Гилберта обнаружила в сланцах Баунунах широкое разнообразие ископаемых видов, которым свойственны не пустынные, а лесистые места обитания или саванны, — гиппопотамов, жирафов, полорогих антилоп, гиен, хоботных, гигантскую кошку, различных насекомоядных и грызунов. Осадочные породы доказывают наличие в этом регионе в эпоху миоцена обширной речной системы, орошавшей поля. В реках обитали многочисленные и разнообразные рыбы, крокодилы, гавиалы, черепахи и моллюски; кроме того, было найдено множество видов птиц и наземных рептилий.

Все это делает Аравийский полуостров того времени похожим по своей фауне на Кению, Чад и Эфиопию и резко отличающимся от условий, сформировавшихся на территории нынешней Греции, Турции и Ирана.

Такое окружение, более привычное для мартышек, конечно, привлекало их больше, чем незнакомые экосистемы Юго-Восточной Европы.

Эти палеонтологические доказательства дают ученым основания праздновать победу гипотезы о расселении мартышковых через Баб-эль-Мандебский пролив или Синай над средиземноморским маршрутом.

скала обезьян», Гибралтар, Гибралтар, Сентябрь 2012

Как утверждает местное поверье, «Гибралтар будет британской территорией до тех пор, пока не переведутся все живущие здесь обезьяны».

Во время Второй мировой войны (в 1942-м году), после того, как популяция обезьян сократилась всего до 7 особей, премьер-министр Великобритании — сэр Уинстон Черчилль распорядился, чтобы их число немедленно было пополнено за счёт лесных маготов из Марокко и Алжира.

Никак не хочет Соединенное Королевство отдавать свою последнюю европейскую колонию, цепляясь за разные небылицы, и поддерживая, казалось бы, ничего не значащие традиции. Так и торчит английский Гибралтар как заноза в испанском теле, вызывая раздражение «страны-хозяйки».

Но, справедливости ради надо сказать, что там у них вроде как демократия, поэтому народ спросили, мол: «С кем хотите жить, ребята?» Ребята большинством 90% выбрали Королеву. Не дураки, чо — гражданство Великобритании на дороге не валяется. В Испании конечно считают, что результаты подтасованы, но «Gib» — как его называют местные жители, по-прежнему английский.

Гибралтар удачно вписывался в наш автомобильный маршрут по южной Испании, так что даже не пришлось давать лишний крюк. Ехали себе и ехали из Гранады, а тут — бац! — английские владения. Тем более, что с синими проездными виза для посещения Гиба не требовалась, так почему бы не заехать в гости?! View Larger Map

Граница с Испанией самая настоящая, без дураков, с проверкой документов и таможней. Попасть на территорию Гибралтара можно на автобусе (из испанской деревушки La Linea), пешком, или на машине (есть еще самолеты и круизы, но сейчас речь не о них).

Мы, естественно, выбрали автомобильный способ, даже не испугала 20-минутная очередь. Подумалось, что на 35-градусной жаре, да с мелким дитём, всё же хочется иметь поблизости кондиционер, и не зависеть от расписания общественного транспорта. Если очередь на въезд совсем уж большая (хотя, по слухам, никогда не бывает больше 45 минут), то машину можно оставить на платной стоянке на испанской стороне, и быстренько переместиться в Гиб на правах пешехода.

Сразу за границей — намывная взлетно-посадочная полоса. Взгляд налево, направо, вверх на всякий случай, и можно ехать:) Шутка конечно. Когда самолеты садятся или взлетают, полосу перекрывают шлагбаумами. А что делать, территория страны всего-то 6,5 кв. километров, вот главная дорога (буквально Главная — Main street) и проходит по ВПП.

Да что там шесть с половиной! Полезная площадь много меньше, ведь основную часть страны занимает Скала, она же — The Rock, она же — один из двух античных Геркулесовых столбов. Второй столб — скала Джебель-Муса, находится в 20 с небольшим километрах к югу, уже в Африке. По словам Платона, на этих «столбах», были установлены две статуи на высоких колоннах, представляющие собой своеобразные ворота над Гибралтарским проливом из Средиземного моря в Атлантику.

В древнегреческих сказаниях упоминается, что Геракл во время своего очередного «подвига» (грабительского похищения сказочных быков Гериона) воздвиг Геркулесовы столбы. Во время путешествия на запад, Геракл отметил самую дальнюю точку маршрута. Эта точка и служила границей для мореплавателей в античную эпоху, поэтому в переносном смысле «геркулесовы столбы» — край света, предел мира, и выражение «дойти до геркулесовых столбов» означает «дойти до предела».

Вот он — конец античного мира. «Nec plus ultra» («Дальше некуда»):

Дальше нам было не надо, а требовалось как-то попасть на вершину скалы, ведь именно там находился заповедник с обезьянами, с которых и начался этот рассказ.

Несколько лет назад, во время автомобильного путешествия по Северной Африке, нам уже доводилось снимать маготов в горах Среднего Атласа (фоторепортаж >>). Тогда они запомнились нежными пушистыми существами, которые робко принимали в дар принесенные нами кусочки кураги и яблок. О, насколько же далеки от них оказались Гибралтарские сородичи!

Проще всего на Скалу подняться по канатной дороге (15,5 евро туда-обратно). Машину можно оставить на очень большой (и бесплатной!) парковке прямо перед зданием с кассами в центре города. Кстати, несмотря на принадлежность Англии, ездят в Гибралтаре как все нормальные люди по правой стороне дороги, так что с этим проблем нет.

Билеты на скалу >>
Координаты парковки (36 7 58.13 N 5 21 07.39 W) >>

С вершины открываются отличные виды во все стороны. Хочешь — смотри на Африку, хочешь — на Испанию, хочешь — рассматривай сам Гибралтар в деталях.

Под «дешёвым» флагом на Гибралтаре зарегистрированы суда зарубежных компаний: Германии — 55, Великобритании — 13, Греции — 6, Норвегии — 3, Франции — 2, Монако — 2, Бельгии — 1 и Кипра — 1.

Экономика страны полностью зависит от британских капиталовложений. Львиная доля их идет на поддержание доков Гибралтара, приносящих немалый доход английским хозяевам. Ведь ежедневно к причалам полуострова швартуются около трехсот судов со всех концов света.

Но главными факторами, влияющими на экономику колонии, по-прежнему остаются военная база и военно-морская верфь. Так называемые «оборонные расходы» Англии в Гибралтаре ежегодно составляют круглую сумму в 20 миллионов фунтов стерлингов. Не случайно на полуострове в ходу поговорка: «Если Англия чихает, Гибралтар заболевает от простуды».

Тем временем, пока мы разглядывали окрестности, наверху появились мохнатые аборигены здешних мест. Как-то кособоко и вприпрыжку они ловко оказались на перилах смотровой площадки, с ожиданием поглядывая на посетителей. Повсюду виднелись знаки, предупреждающие, чтобы туристы не кормили обезьян — это их развращает, балует, и вообще… За несоблюдение — штраф 500 фунтов стерлингов. Однако, строгость закона успешно компенсировалась необязательностью его исполнения, обезьянам периодически подкидывали орехи и чипсы.

Ни о каких «робких нежных прикосновениях» здесь речи не шло. Гибралтарские маготы оказались довольно свирепыми и агрессивными существами. У одной девушки большой обезьян неожиданно выхватил целый пакет с сушеными фруктами, проигнорировав протянутый жалкий кусочек, и довольно ухая убежал в лесок, шурша упаковкой.

Бывали случаи, когда туристы лишались даже фотоаппаратов по неосторожности. Несмотря на то, что мы принципиально не держали никакой еды в руках, еще один обезьяныш ловко прыгнул мне сверху на рюкзак, в мгновение ока расстегнул его молнию, и выхватил детскую книжку-раскраску, лежащую сверху. Поняв, что она не представляет для него никакого интереса, тут же бросил, но впечатление-то осталось! Уууу, зверюги!

В настоящее время на Скале живет около 300 обезьян. При рождении каждое животное регистрируется, ему вживляется электронный чип, наносится татуировка и дается имя. Фотографии наиболее «заслуженных» представителей обезьяньего населения размещены на особой доске на верхней площадке вагончика канатной дороги. Хотя, как по мне, место этим фото не на доске почета, а на стенде «Их разыскивает милиция» 🙂

Так как самки маготов отличаются высокой фертильностью, численность популяции на Гибралтаре устойчиво увеличивается. Великобритания может быть спокойна.

Hello, World!

Гибралтарская колония маготов находилась на попечении британской армии и позже Гибралтарского полка с 1915 до 1991 года. Был назначен чиновник, чтобы контролировать их благосостояние, и следить за продовольственным пособием в виде фруктов, овощей и орехов (включалось в бюджет). Информация о рождении новых обезьян публиковалась в официальной газете, а каждого новорождённого детёныша называли своим именем. Нередко в честь губернаторов, бригадных генералов и высокопоставленных лиц.

Поднимаетесь вы на Скалу, а там вас уже ждет свой Нельсон, Ньютон, или там Френсис Дрейк. «Где чипсы? Чипсы давай! » 🙂

Любая больная или травмированная обезьяна помещалась в Королевскую военно-морскую больницу и получала такой же уход, как и рядовой армии. После вывода войск британского гарнизона, правительство Гибралтара взяло на себя ответственность за обезьян.

Не могу сказать, что получили большое удовольствие от общения с местными маготами. Африканские, как ни странно, более цивилизованно себя ведут. А здесь не расслабишься толком, глаз да глаз за личным имуществом!

На обзорной площадке также есть кафе (обезьянам вход строго воспрещен!), где можно прийти в себя после контакта с местным животным миром.

Короткая поездка в Гибралтар подходила к концу. Та же 20-минутная очередь на выезд, и вот мы снова в Испании. Путешествие продолжается!

Место съемки: Гибралтар.

Загадочная история последних «диких» обезьян в Европе

Макака-бербер в Гибралтаре. RedCoat / Wikimedia / CC-BY-SA-2.5

У Гибралтара нет конкретных предприятий, принадлежащих Великобритании. Небольшой полуостров, вдающийся в Средиземное море, совершенно очевидно, географически является частью Испании. Но он был передан Великобритании по Утрехтскому договору 1713 года, в конце войны за испанское наследство, и, несмотря на довольно последовательные попытки, Испании так и не удалось вернуть его. Во время Второй мировой войны он служил ценным военным фортом, который давал Великобритании доступ к Средиземному морю и Северной Африке.В последние десятилетия гибралтарцы отвергли попытки сделать его частью Испании или разделить суверенитет между двумя странами. Кажется, им нравится быть британской заморской территорией.

Полуостров составляет всего 2,6 квадратных миль и состоит в основном из песка, камней и кустарников. Это не особенно гостеприимное место с небольшим количеством пресной воды и небольшими природными ресурсами, кроме солнца и пляжей. Растительный и животный мир также довольно ограничен, есть несколько лис и кроликов и приличный выбор лягушек и ящериц.Это миграционная остановка для многих птиц, но они не размножаются и не проводят там много времени. В Гибралтаре мало деревьев, только несколько выносливых, сморщенных диких оливковых деревьев и множество импортированных пальм, кустарников и суккулентов из других уголков Британской империи, прошлого и настоящего.

И еще около 200 берберийских макак, бесхвостых обезьян, обитающих в Марокко и Алжире. На этом небольшом сухом полуострове, в основном предназначенном для туризма и военных, почти нет пресной воды и немного других млекопитающих, обитают обезьяны.

Почему, подумал я, крошечный скалистый полуостров, примыкающий к Испании, является единственным местом в Европе, где обитают дикие обезьяны? Почему на всем континенте нет обезьян, которые не воруют багеты и сигареты в Париже, не беспокоят операторов тележек с карривурстом в Берлине, не перекусывают оливками в Калабрии? Что особенного в Гибралтаре?

Оказывается, ничего, кроме одного из лучших примеров британской эксцентричности, которые когда-либо видел мир.

Спутниковый снимок Гибралтара, британской косы, свисающей над Испанией.NASA / Wikimedia / Public Domain

В Европе нет диких местных приматов, кроме людей. Их много — обезьяны, обезьяны, лемуры — в Африке и много в Азии, а также в Центральной и Южной Америке. Но ни одного в Европе. «Дело в том, что приматы — существа тропические и субтропические; в наши дни они действительно не заходят слишком далеко на север », — говорит Роберт Мартин, директор Антропологического института при Цюрихском университете, который также около десяти лет работал на Гибралтаре, особенно с обезьянами.Обезьяны в целом предпочитают теплые температуры и большое количество осадков. Большинство из них не могут выжить в слишком холодном или слишком сухом месте.

Есть свидетельства в летописи окаменелостей макак и других обезьян по всей Западной Европе, вплоть до Греции и даже в Британии. Перед самым последним ледниковым периодом, который начался около 110 000 лет назад, Европа была гораздо более теплым и влажным местом, и обезьяны процветали. Но когда планета остыла, распространение приматов вокруг экватора сократилось, и европейские обезьяны либо ушли, либо вымерли.

Мартин считает, что макаки, вероятно, были последними приматами в Европе. Семейство макак, которое сегодня насчитывает 23 вида, является одним из наиболее адаптируемых, и макаки доказали свою способность процветать в городах и в самых разных климатических условиях и экосистемах. Сегодня большинство видов обитает в Азии, в том числе знаменитые снежные обезьяны Японии, которые зимой любят тусоваться в горячих источниках.

Берберийская макака, которую иногда ошибочно называют «берберской обезьяной», возможно потому, что она по существу бесхвостая (у обезьян есть хвосты, а у обезьян — нет), живет в основном в нескольких разбросанных кедровых лесах в Алжире и Марокко, где из-за разрушения среды обитания и торговля домашними животными, их количество сокращается.Красный список МСОП объявил этот вид находящимся под угрозой исчезновения еще в 2009 году. Фактически, единственное место, где популяция берберийских макак не сокращается, — это Гибралтар.

История гибралтарских макак загадочна и окутана странными мифами, ненадежными источниками и военной тайной. Одна из целей Мартина, когда он впервые начал работать в Гибралтаре, заключалась в том, чтобы выяснить, сможет ли он выяснить, откуда взялись макаки и что они делали на этой странной британской средиземноморской скале.

Обезьяны, а не обезьяны! Бертольд Вернер / Викимедиа / CC-BY-3.0

В начале 17 века испанский историк из Гибралтара по имени Алонсо Эрнандес де Портильо написал то, что может быть первой историей этого места, и отметил, что там были обезьяны, и что они жили там «с незапамятных времен». ” Обезьяны Гибралтара упоминаются с тех пор и по сей день, хотя всего несколько десятилетий назад они не давали много полезной информации. Что они едят? Как они жили? Сколько их было? На эти вопросы особо не обращались.

Когда Мартин добрался до Гибралтара, он нашел очень мало данных о макаках и их истории. «Принято считать, что популяция практически вымерла во время Второй мировой войны, возможно, осталось двое, и что они слишком стары для размножения», — говорит он.

Вот где мы подходим к британской эксцентричности. Существует давняя легенда, согласно которой, пока в Гибралтаре живут макаки, полуостров будет оставаться под британским контролем. Неизвестно, откуда и когда появилась эта легенда, но она была хорошо известна в период политической карьеры Уинстона Черчилля.Во время Второй мировой войны Черчилль каким-то образом осознал, что популяция макак в Гибралтаре резко сократилась, и, не желая создавать видимость британской территориальной слабости, решил импортировать целую кучу берберийских макак из Северной Африки. «Я изо всех сил искал какую-либо документацию, но дело в том, — говорит Мартин, — что это было сделано в значительной степени секретно, потому что британцы не хотели сообщать немцам о том, что колония вымирает. ”

Мартин и его команда очень интересовались генетикой этих обезьян.С учетом того, что население Гибралтара обычно считается единственной популяцией диких обезьян в Европе, возможно ли, что они являются последним вздохом коренных нечеловеческих приматов Европы? Неужели эти обезьяны каким-то образом избежали последнего ледникового периода, ушли так далеко на юг, как могли, и цеплялись за жизнь на испано-английской скале?

Аэропорт Гибралтара. Диего Дельсо / Викимедиа / CC-BY-SA

Анализ ДНК показал некоторые очень любопытные вещи. Исследователям сказали, что импортированные обезьяны были привезены именно из Марокко.С другой стороны, тестирование показало маркеры митохондриальной ДНК из популяций марокканских и алжирских обезьян, которые не смешиваются в дикой природе, хотя они вполне способны на это. Кроме того, митохондриальная ДНК показала, что всех возможных предков населения Гибралтара можно было найти в Марокко и Алжире. Другими словами, эти обезьяны полностью произошли от импортированных африканских обезьян, и крайне маловероятно, что они представляют какую-либо гипотетическую выжившую европейскую популяцию.

Было ли это так до Второй мировой войны, никто не знает; Мартин и его команда не могли проверить ДНК старой обезьяны, а записи очень неоднородны.Но Мартин считает маловероятным, что в Гибралтаре когда-либо было то, что он называет «реликтовым населением». «Я предполагаю, что они были представлены», — говорит он. «Я не думаю, что в Гибралтаре когда-либо было реликтовое население плейстоцена. Я думаю, что естественные макаки Европы вымерли, и какая-то яркая искра решила привезти несколько марокканских или алжирских макак в Гибралтар, и она выросла оттуда ».

После Второй мировой войны под контролем британских военных, а затем и неправительственной организации, популяция гибралтарских макак оставалась относительно стабильной.Иногда слишком стабильно, по крайней мере, по мнению правительства. Макаки — сезонные селекционеры, и их популяция может удваиваться каждые пять лет или около того без контроля. Правительство обычно либо отстреливает лишних обезьян, либо экспортирует их в зоопарки. Когда население превышает 200 человек, говорит Мартин, они начинают направляться в город и красть фотоаппараты и еду у туристов, что не очень нравится туристам (и, следовательно, правительству).

Это туристическая достопримечательность, напоминающая сафари.Возможно, это правильный способ думать об обезьянах Гибралтара.

Возможно, самое странное в гибралтарских макаках — это то, что Гибралтар — ужасное место для жизни макак. «Причина, по которой они могут выжить на Гибралтаре, заключается в том, что они были обеспечены провизией с самого начала», — говорит Мартин. Там просто не хватает естественной пищи, чтобы хоть как-то поддерживать популяцию обезьян. Вместо этого их кормят туристы и Гибралтарское общество орнитологии и естествознания (GONHS), группа, взявшая на себя управление обезьянами в 1990-х годах.GONHS раздает обезьянам фрукты, овощи, орехи, семена и воду каждое утро, а туристы — намеренно или иным образом, потому что обезьяны — ничто иное, как оппортунистические — предлагают менее полезные закуски. Повсюду в Гибралтаре есть знаки, умоляющие туристов не кормить и не трогать обезьян, но, похоже, они не работают.

Интересно, что это делает его похожим на место в Германии под названием Аффенберг, также известное как Гора обезьян. Аффенберг также содержит около 200 макак-берберий, которых кормят туристы и менеджеры.(Туристы из Аффенберга кормят обезьян попкорном, который полезнее, чем шоколадные батончики и газированные напитки, которые гибралтарские макаки покупают у туристов.) Это в основном туристическая достопримечательность, похожая на сафари. Возможно, это правильный способ думать об обезьянах Гибралтара.

Кроме того, есть много мест в Европе и в других местах, где сбежавшие приматы зарабатывают себе жизнь. До 2001 года в Испании были дикие оливковые бабуины (с тех пор их отлавливали и отправляли в зоопарки). В начале прошлого года 52 гвинейских павиана сбежали из парижского зоопарка.Возможно, самая известная из этих неуправляемых популяций неместных обезьян — дикие макаки-резус в Южной Флориде, некоторые из которых прекрасно выживают в пригородах и были предметом отличной статьи Джона Муаллема. Южная Флорида — гораздо лучшая среда для обезьяны, чем Париж или Испания. Здесь много фруктов (ну и мусора), а климат гораздо более гостеприимный — влажный и субтропический.

Макака-бербер в заповеднике Аппер-Рок, Гибралтар.Натан Хариг / Wikimedia / CC-BY-3.0

На данный момент гибралтарские обезьяны вряд ли распространятся за пределы полуострова в Испанию, говорит Мартин, по нескольким причинам. Во-первых, север полуострова, где обезьянам придется мигрировать, чрезвычайно засушлив и бесплоден, и здесь находится аэропорт Гибралтара. Кроме того, зачем им уезжать? Они получают все необходимое в Гибралтаре.

Но управление обезьянами Гибралтара не было безупречным. Мартин говорит, что он предложил программу противозачаточных средств для контроля над населением, которую правительство Гибралтара категорически проигнорировало.(Государственный департамент, отвечающий за обезьян, не ответил на запросы об интервью.) Мартин слышал, что обезьяны приносят около двух миллионов фунтов стерлингов в год туристического дохода за счет платы за туристические фургоны, которые возят туристов на скалу, чтобы познакомиться с обезьянами; сотни тысяч туристов посещают его ежегодно. «У них были средства для создания программы, но они ничего не сделали», — говорит он. Таким образом, им по-прежнему приходится стрелять в них или отправлять их.

И хотя их происхождение из Алжира и Марокко означает, что они обладают изрядным генетическим разнообразием, Мартин начал наблюдать признаки инбридинга, такие как птоз, опущенное веко, которое в различных исследованиях было связано с инбридингом.

В любом случае, загадка последних диких обезьян в Европе не так интересна при внимательном рассмотрении. Слово «дикие» спорно, учитывая, что они должны быть обеспечены, чтобы выжить, а «последний» почти наверняка не соответствует действительности. Да, они обезьяны в Европе, но причины, по которым они интересны, не совсем то, что вы могли подумать.

Таинственные макаки Гибралтара

Если вы когда-нибудь были в Гибралтаре, скале на юге Испании, которая является территорией Соединенного Королевства, больше всего запомнились эти нахальные обезьяны, которые жили там последние 300 лет. Обезьяньи сказки, Гибралтарская макака: живое наследие и идеальная неприятность Ларри Савчука и Лианны Трипп — первая академическая книга, в которой подробно рассматривается последняя оставшаяся в Европе популяция диких обезьян. Книга, наполненная изображениями макак, исследует исторические отношения этого вида с британской армией и их постоянное взаимодействие с 30 000 человек, живущих в Гибралтаре. Савчук, медицинский антрополог из Университета Торонто в Скарборо, поговорил с Canadian Geographic об интригующей новой книге.

Почему вы решили написать книгу?

Это был настоящий труд любви. По образованию я медицинский антрополог, и я впервые приехал в Гибралтар много лет назад в качестве аспиранта, чтобы изучать здоровье людей. Тогда я понял, что не могу изучать людей, не понимая также обезьян.

Откуда пришли обезьяны?

На самом деле это берберийские макаки, родом из Марокко. По-прежнему ведутся споры о том, когда и как они прибыли.К тому времени, когда британцы захватили Гибралтар в 1704 году, популяция макак уже была установлена. Они бы не выжили, если бы люди не заботились о них. Исторически сложилось так, что в Гибралтаре не было водоснабжения, а растительность была скудной. Британские губернаторы ввели в действие указ, запрещающий стрелять в обезьян. Сегодня они очень популярны среди туристов.

Что вас заинтересовало в них?

Мне очень интересны их отношения с жителями Гибралтара.Это относительно новая область приматологии — этноприматология. Легенда гласит, что пока макаки живут в Гибралтаре, британцы будут править. Во время Второй мировой войны премьер-министр Уинстон Черчилль поддержал население, поскольку оно сокращалось, и заказал больше обезьян из Марокко. Их популярность помогла создать одну из первых официальных форм сохранения приматов в Империи.

Насколько велико население сегодня?

Насчитывается около 200 обезьян.Они собираются в семь разных групп и в основном держатся на вершине скалы, хотя иногда некоторые обезьяны отправляются в город.

Что было самым удивительным, что вы нашли?

Обезьяны были настолько важны для британских властей, что забота о них была возложена на армию. Каждой обезьяне давали не только порядковый номер, но и имя. У них были такие имена, как Елизавета для будущей королевы и Уинстон для бывшего премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля.Люди, которые заботились об обезьянах, десятилетиями выполняли одну и ту же работу. Один человек, хранитель обезьян по имени Альфред Холмс, к тому времени, когда ему исполнилось 40 лет, провел почти половину своей жизни, заботясь об обезьянах. Он разработал понимание их привычек и личностей, которые исследуются в книге. Животные живут 20 лет, поэтому отношения между ними особые.

Что о них думают местные?

Они являются «настоящей неприятностью» для многих гибралтарцев. Они могут быть агрессивными, воруют еду и наносят ущерб имуществу.Но люди терпят их, и сегодня, благодаря лучшему управлению и контролю, их труднее найти на улице. Тем не менее, это единственная дикая популяция обезьян в Европе. Я был на вершине скалы, и по обе стороны дорожки было так много обезьян, что это было нереально.

В поисках мира между знаменитыми обезьянами Гибралтара и людьми-посетителями

В настоящее время предпринимаются новые усилия по защите некоторых из самых известных обезьян в мире.

Сотни берберийских макак живут на полуострове Гибралтар, но эти животные находятся под угрозой.

Зубчатый полуостров Гибралтар на южном побережье Испании находится под контролем британцев с 1700-х годов. Высоко над городом, где скала встречается с облаком, правят обезьяны, сообщает Джонатан Виглиотти из CBS News.

Берберийские макаки, находящиеся под угрозой исчезновения, — единственные дикие обезьяны в Европе, и они сталкиваются с другой группой приматов — своими человеческими соседями.

Полуостров Гибралтар

Каждый день, как часы, свежие фрукты и овощи доставляются на отдаленный пик Гибралтара.Нетерпеливые обезьяны прыгают прямо в дело.

Доктор Эрик Шоу, основатель Helping Hand Trust, возглавляет команду менеджеров по макакам, которая распределяет добычу. Корзины с фруктами и овощами — своего рода мирное подношение, способ обуздать тягу обезьян к человеческой пище.

«Они знают, как открыть дверь вашей машины. Они знают, когда они бродят по городу, а вы оставляете кухонное окно открытым, они знают, что такое холодильник — они знают, как открыть ручку и помочь себе.Они учатся очень быстро «, — сказал Шоу.

Чтобы обезьяны не попадали в холодильники людей, его группа приносит еду на вершину и к другим местам кормления в скале и вокруг нее.

Берберийские макаки едят свежие фрукты и овощи, принесенные им доктором Эриком Шоу. Новости CBS

Но, как и дети, обезьяны предпочитают сладкое и знают, где их искать.

«Хотите верьте, хотите нет, он пытался расстегнуть ваш рюкзак. Вот насколько они умны: они знают, что в рюкзаках люди несут еду», — сказал Шоу.

Берберийские макаки — профессиональные карманники, роющиеся во всем, от рюкзаков до пластиковых пакетов.

Эта мелкая кража вызвана годами незаконного кормления посетителей. Полиция закрывает глаза, потому что это туристическая достопримечательность №1 Гибралтара.

Хотя большинство макак дружелюбны, некоторые могут быть злобными, поэтому программа управления Шоу финансируется правительством и поддерживается местными жителями.Но контролировать диких обезьян не всегда легко.

«Я не могу отправить ему текстовое сообщение или у меня нет специального свистка — если он хочет пройти по крыше, он идет по крыше», — сказал Шоу.

Легенда гласит, что пока макаки живут на скале, британцы будут править.

Одна из гибралтарских обезьян пытается украсть рюкзак. Мэтт Соукуп

Во время Второй мировой войны, когда их население упало, суеверный премьер-министр Уинстон Черчилль даже заказал немного привоза из Марокко.

«Это был подъем морального духа. Это была Британия. Это были ворота в Средиземное море», — сказал Шоу. «Мы стоим здесь, как большой лев, защищая его».

Чтобы защитить животных и людей, Шоу дает каждой обезьяне чип слежения и татуировку вместе с ежегодным осмотром.

Его последние усилия, включая кормление, помогли уменьшить конфликт.

Новости CBS

Ирония в том, что человек кормит животных, чтобы они оставались дикими, не ускользает от Шоу, который говорит, что по мере роста человеческого населения сохранение природы должно становиться творческим.

«Это последние приматы, обитающие на свободе во всей Европе, и они находятся в списке исчезающих видов. И если мы не будем осторожны, они исчезнут с лица земли», — сказал Шоу.

Он говорит, что его усилия беспроигрышны как для сохранения природы, так и для фольклора.

Актуальные новости

Загрузите наше бесплатное приложение

Для последних новостей и анализа Загрузите бесплатное приложение CBS News

Обезьяны Гибралтара | Берберийские обезьяны Гибралтара

Эскиз Гибралтарской скалы.Я использовала маркеры Copic и карандаши-вкладыши Sakura Micron. Обезьяны Barbary Macaque, единственные дикие обезьяны в Европе, живут в пяти популяциях в верхних скалах Гибралтара.

Последние пятьдесят лет Эрнест заботился об этом племени безхвостых каменных обезьян.

Обезьяны — не совсем обезьяны. Это обезьяны — бесхвостые макаки, происхождения Марокко. Никто точно не знает, как они прибыли на полуостров, хотя теорий предостаточно.Многие говорят, что их привезли сюда арабские или берберские пираты в четырнадцатом веке. Другие настаивают на том, что они были племенем с Балтики, оттесненным на край Европы ледниковым периодом.

У некоторых есть более необычные объяснения. В 1920 году журналист лондонской газеты « Daily Mail » писал: «Известные обезьяны отсутствуют в течение нескольких месяцев, а затем снова появляются с новыми, странными взрослыми обезьянами той же породы. Те, кто знаком с Гибралтаром, согласятся, что не существует квадратный ярд на Скале, где они могли бы спрятаться.»Автор настаивал на том, что единственным объяснением был подводный туннель под Средиземным морем, соединяющий африканские логова с Гибралтаром.

Поскольку Гибралтар — это просто большая скала (две квадратных мили юрского известняка) — британская колония на южной оконечности Пиренейского полуострова — все, включая обезьян, находятся в непосредственной близости. Сжались вместе, обнимая крутые скалы.

У обезьян руки удивительно похожие на человеческие, но их поведение гораздо более обезьяноподобно.«Вы думаете, что их руки будут грубыми, как собачьи лапы», — говорит Джейн. «Но это как держать человеческую руку. Они как детские ручки».

Эрнест, заботящийся о обезьянах Гибралтара.

Эрнест приглашает нас в свою затененную хижину. Его акцент более интернациональный, чем у других гибралтарцев, которых мы встречаем. Их английский, пожалуй, самый странный на Земле, он звучит зловеще, одновременно кокни и испанский, арабский и карикатурный. Когда бармен в одном из десятков закусочных, торгующих рыбой и жареным картофелем, говорит: «Вы хотите два лагера?», Он выдает такой ответ: «Yeh whan twah walagas?»

Почему обезьяны в Гибралтаре?

Эрнест дает свое собственное объяснение происхождения обезьян: «Они были привезены сюда в 1311 году арабами.В то время это было для них форпостом. В 1704 году, когда британцы впервые прибыли в Гибралтар, на полуострове было всего 11 или 12 обезьян. Британский консул хотел увеличить их количество. Постепенно о них заботились и воспитывали военные »

«Значит, вы заметили много изменений?» — спрашивает Джейн Эрнеста.

«Да, можно сказать это. Когда ожидалось, что немцы войдут в Гибралтар и будут бомбить, мне было восемь лет, и женщин и детей эвакуировали.”

«Так немцы когда-нибудь бомбили Гибралтар?» Я спрашиваю. Идея кажется абсурдной, но весь смысл этой скалы заключается в ее роли британского гарнизона; военно-морской плацдарм в Средиземном море.
«О да. Немцы и итальянцы ».
«Куда вы пошли?» — спрашивает Джейн.
«11 000 из нас были эвакуированы в Великобританию и 4 000 — на Ямайку. Я провел четыре года на Ямайке ».
« А как вы начали заботиться об обезьянах? »- спрашиваю я.

«Я был рядовым в армии, — говорит Эрнест.«В Гибралтаре вы выполняете свой долг с восемнадцати лет. Я бы подошел сюда, помог назвать обезьян и присмотреть за ними … Теперь я работаю с обезьянами с девятнадцати пятидесяти четырех лет».

Правительство и обезьяны Гибралтара

«Значит, правительство Гибралтара официально о них заботится?» — спрашивает Джейн.

«О да. Им делают прививки, каждому дают имена и каталогизируют. Мы их также кормим и проводим медицинские осмотры. Раньше их привозили на лечение армейские врачи и осматривали одного за другим.«

Уход за обезьянами — это не только туризм и шоу. Возможно, это жизненно важно для жителей Гибралтара. Испания, которая сама упорно отказывается отказаться от своей доли в двух частях материковой Марокко, настаивает на том, что Гибралтар по праву является испанским. Я спрашиваю: «Как вы думаете, что произойдет с Гибралтаром в долгосрочной перспективе?»

«Через две недели наши министры иностранных дел встречаются. Министр иностранных дел Великобритании едет в Испанию, и ожидается, что они добьются некоторого прогресса в вопросе нашего суверенитета.Дело в том, что мы хотим жить в мире с испанцами. Если британцы когда-нибудь уедут, мы не хотим ехать в Испанию. Мы хотим быть своими людьми. Испания не будет управлять нами! Мы своей национальности. Все на Гибралтаре верят в нашу автономию. Нам нравятся британцы, но если они уйдут, мы хотим быть суверенным государством ».

«Разве это не правда, — говорю я, — что никто никогда не находил на полуострове скелет обезьяны?»

Эрнест скрещивает руки и хватается за подбородок. «Да, это правда», — говорит он.«Может быть, когда они спускаются ночью со скал, они забираются в большую яму, и когда они думают, что собираются умереть, они просто остаются там. Считается, что обезьяны создали гигантское подземное захоронение, может быть, там есть пещера В 1950-х годах у британских солдат была очень особенная обезьяна. Его звали Джоко, и он был очень большим. Когда он умер, они хотели найти его тело для надлежащего захоронения, и поэтому они осмотрели все вокруг. скалы, но они так и не нашли его «.

Набросок маркером Copic с изображением гибралтарской берберийской макаки.Эту небольшую популяцию берберийских макак часто называют каменными обезьянами, но на самом деле это обезьяны Старого Света.

«Но как трудно найти дыру в земле, можно подумать, что кто-то попытается ее найти». Я говорю.

«Поверьте, люди все время ищут место захоронения», — говорит он. Хотя Гибралтар крошечный, по большей части это густые заросли кустарников на голых крутых скалах. Человеческое исследование большей части скалы невозможно даже опытной командой альпинистов.

«Хорошо, — спрашиваю я, — что произойдет, если все обезьяны Гибралтара погибнут?»

Когда обезьяны погибают

«Да», — отвечает Эрнест. «Это миф, который существует здесь, в Гибралтаре. Говорят, что если обезьяны больше не существуют, контроль над Скалой перейдет от Великобритании к Испании. Но я думаю, что этого не произойдет. Обезьяны будут процветать».

Этот миф существует с тех пор, как испанцы начали совершать серию военных ошибок против британцев на Скале, пытаясь захватить то, что они никогда не смогли бы удержать даже от мавров.Испанцы наконец прибегли к заявлению, что, когда обезьяны погибнут, британцы потеряют Гибралтар.

Когда к концу Второй мировой войны популяция обезьян сократилась примерно до семи особей, сэр Уинстон Черчилль приказал пополнить ее численность в Марокко. В своей речи он сказал, что Гибралтар останется британским, пока будут жить обезьяны.

Эрнест делает паузу, чтобы возиться со своей упаковкой фильтров Dunhill. Его насест — небольшая расписная хижина. Как и все остальное человеческое сообщество Гибралтара ниже нас, он компактный и плотно прилегает к скале.Его вид самый лучший на всем Гибралтаре — вид на большую гавань, город и Иберийский материк за его пределами. Он великолепен и слегка тропичен. За его спиной — Африка, за его спиной — нация, которая хочет, чтобы он говорил по-испански.

«Дело в том, что сейчас в Гибралтаре насчитывается до пяти племен. Популяции обезьян растут, и люди стремятся к выживанию. Пять племен, это триста человекообразных обезьян».

«Значит, на твоих плечах большой груз, чтобы они выжили?»

«Да, да.В этом заявлении он не проявляет скромности или гордости. Это просто факт. Он должен заботиться об обезьянах, чтобы Гибралтар не пошел по пути Гонконга.

Это большая ответственность. Гибралтар был важным военным компонентом защиты от Наполеона. Считается, что без своего стратегического положения Британские острова теперь были бы французскими. Это было важно даже во время Фолклендской войны. Настолько важно, что аргентинцы попытались взорвать всю гавань, тайком перебросив одетых в бомбы водолазов в Испанию.Когда все английские фолклендские корабли будут дозаправляться в порту, водолазы ускользнут в море, создав Перл-Харбор II. Испания раскрыла и сорвала заговор.

Гибралтар был известен во времена Римской империи вместе с горой на африканском побережье, которую тогда называли Горой обезьян, как физический конец света. За Гибралтарским проливом плавали драконы и демоны Атлантики.

Позже я говорю Джейн. «Это должна быть лучшая работа в мире.Посидите на солнышке, познакомьтесь с людьми со всего мира и поиграйте с обезьянами весь день ».

«Может быть, для него здорово.» — говорит Джейн. Как будто я предлагал бросить карьеру и присоединиться к Эрнесту.

Перекормленная женщина кормит одну обезьяну бутербродом с ветчиной и сыром. Обезьяны плохо переносят пищу, которую им предлагают люди. Знаки везде. Не кормите обезьян. Причины очевидны. Эта человеческая пища перерабатывается. Сэндвич с ветчиной и сыром заставит обезьяну умереть от ожирения.Ожирение от нездоровой пищи стало главным убийцей обезьян на Гибралтаре.

Обезьяны — отъявленные воры, и один самец среднего размера выхватывает бутерброд в полиэтиленовых пакетах у перекормленной дамы, заставляя ее кричать. Обезьяна роняет бутерброд, и женщина хватает его обратно, тыкая обезьяной в лицо, пока он не схватит его снова.

Это происходит каждый божий день на Гибралтаре.

Держи этот бутерброд при себе

Есть только один ответ — пожалуйста, держите этот бутерброд при себе.Особенность этого сэндвича с ветчиной и сыром в том, что он был изготовлен из полиэтиленового пакета. Ветчина — не из тех вяленых деликатесов, которыми изобилуют Португалия и Испания. Он происходит из заводской пасты. А сыр — на аутсорсинг, белый блок, сочащийся маслом на солнце. Это сэндвич, который продают в торговом автомате. Такой, который издает глухой стук при падении.

Пока мы с Джейн путешествуем по миру в поисках лучших домашних сыров на Земле, я подумал, что этот бутерброд с ветчиной и сыром станет хорошей темой для разговора о том, как определить хороший и плохой сыр.

В домашних условиях сыр присутствует всегда. Он намазан на буррито, толстым слоем — на пицце, сочится в коммерческих блюдах из макаронных изделий. Некоторые домашние друзья категорически против обезжиренного низкокалорийного сыра, который продается в индивидуально упакованных контейнерах. Блестящий меловой сыр от крупных корпораций, таких как Kraft. Плавленый сыр, который на самом деле больше похож на «сырную пищу» или «сырный соус», наполнен консервантами, искусственными жирами и искусственными ароматизаторами, поставляется в больших контейнерах и подвергается давлению современной промышленности.Покупатели ингредиентов изучают мир в поисках схем сокращения затрат, стремясь сделать каждый ингредиент максимально рентабельным.

Привычки людей в промышленно развитых странах меняются вместе с желанием крупных компаний. Рестораны, рынки и фермерские продукты снова стали отличать друг от друга, а производители сыра существовали по всему миру сотнями тысяч.

Сегодня мы привыкли к идее стандартизации наших продуктов.Мы хотим последовательности. Находимся ли мы в Чикаго, Нью-Йорке или Майами, мы хотим иметь возможность покупать наш кофе, тако или сыр в индивидуальной упаковке и иметь его вкус, идентичный тому, который мы знаем.

Стандартизация утешает, но в процессе мы теряем жизненную культуру. Гомогенизация современной еды ставит наши культурные традиции под угрозу исчезновения. Культурные традиции кухни, складывавшиеся тысячелетиями.

То, что происходит с нашими кулинарными традициями, похоже на создание очень большой книжной полки, заполненной невероятным сочетанием томов невообразимо интересных предметов.И однажды вы просыпаетесь и обнаруживаете, что книжная полка полностью состоит из книги Дэна Брауна «Код да Винчи» и Дэвида Гришэма «Краткая информация о пеликанах».

Идея еды как искусства, идея региональной специализации. Идея традиций и постоянных изобретений. Идея еды как исследования. Но утверждение, что настоящий сыр является жизненно важным компонентом человеческой культуры, может быть сочтено снобом. В любом случае, что такое культура, и имеет ли кто-нибудь право предлагать, что есть, а что нет?

Культура — это тот барьер, который человек построил себе против хаоса природы.Это пропаленный сад, ухоженный двор, гибридизированные экземпляры, растущие на солнце. От обезьян нас отличает то хорошее, что есть в человечестве. Это традиция и динамичное изобретение. Перетягивание каната между старыми идеями и новыми. Когда люди отвергают часть этого баланса между старым и новым, они начинают барахтаться. Их так называемые сады заросли сорняками.

Культура может быть определена только здоровыми обществами с течением времени. Одна вещь, которую вы часто слышите от американцев по поводу Европы, — это утверждение: «У них там больше культуры.»Это утверждение — ерунда, потому что старые здания не имеют ничего общего с культурой. Культура создается выбором, который люди делают в настоящем.

Сен-Деуберекс-Монклер никогда не мог предвидеть этот современный конфликт. В 1910 году, когда он написал свои «Сырные путешествия», плавленый сыр еще не был изобретен. В то же время Montclair не мог представить себе невероятного прогресса в производстве новых кустарных сыров из Вермонта, Калифорнии, Новой Зеландии, Австралии и Тасмании.Маленькие домашние сыры, полные новые изобретения.

Однако Монклер хвалил пять сыров, лежащих к северу от нас. Тогда, в 1910 году, все пятеро, вероятно, были примерно такими же на вкус, как сейчас.

Где берберийские макаки в Гибралтаре?

За прошедшие годы я получил запросы о гибралтарских макаках, поэтому собрал здесь некоторые из часто задаваемых вопросов о них. Один из наиболее часто задаваемых вопросов: где обезьяны? На самом деле существует семь разных групп, живущих в разных частях Аппер Рока.Однако лучшее место для начала — Логово обезьяны у ворот Королевы. Вот подробный вид локации:

Есть ли у гибралтарских обезьян лапы или руки?

На многие вопросы об обезьянах можно ответить интуитивно, если вспомнить, что мы очень тесно с ними связаны. У обезьян, обезьян и всех других приматов, как и у нас, пять пальцев, включая противопоставленный большой палец! Когда вы увидите руку макаки на Гибралтарской скале, вы удивитесь, насколько она похожа на вашу собственную.

Лапы — это когтистые лапы четвероногих млекопитающих, таких как кошки, собаки, лошади и медведи, которые сильно отличаются от рук приматов, которые предназначены для точного захвата и управления объектами.

ветеринаров Гибралтара ежедневно патрулируют макак на наличие коронавируса | Гибралтар

Официальные лица в Гибралтаре ежедневно патрулируют популяцию берберийских макак на территории, опасаясь, что знаменитые обезьяны могут быть уязвимы для коронавируса.

Британские заморские территории относительно защищены от вируса, зарегистрировано около 1500 подтвержденных случаев заболевания и шесть смертей.Но пока правительства всего мира борются с тем, как сдержать коронавирус, власти в Скале борются с дополнительным беспокойством: как защитить единственную в Европе популяцию диких обезьян от вируса.

«Мы знали это с первого дня», — сказал Марк Писарро, ветеринарный врач, отвечающий за заботу о популяции гибралтарских макак. «Это логично. У вас есть вирус, который живет у таких приматов, как мы, и тогда он всегда будет представлять опасность для других приматов ».

Ранее в этом году правительство приняло меры по пресечению контактов с макаками, которые входят в число главных туристических достопримечательностей территории.Новый закон, принятый в августе, объявил преступлением прикосновение к обезьянам или вмешательство в них, добавив к существующему законодательству, которое устанавливает огромные штрафы за их кормление.

«Макаки подвержены человеческим болезням», — отмечается в заявлении правительства, объявляющем о новом законе. «Это было замечено в прошлом, когда наши макаки, например, заразились гепатитом А.»

Считается, что они жили на Скале со времен мавританской оккупации Пиренейского полуострова, местный фольклор гласит, что, пока макаки бродят по Гибралтару, территория будет оставаться под властью Великобритании.Официальные лица иногда делали все возможное, чтобы защитить население; во время Второй мировой войны Уинстон Черчилль приказал пополнить их сокращающуюся численность макаками из Северной Африки.

Сегодня население составляет около 220 макак. Тесты на коронавирус, проведенные в последние месяцы на четырех людях, все из которых умерли по другим причинам, например, в дорожно-транспортных происшествиях, дали отрицательный результат, что подтверждает мнение правительства о том, что вирус представляет лишь умеренный риск для макак.

Но опасения вновь возросли в ноябре после того, как Дания объявила о планах убрать более 15 миллионов норок из-за опасений, что новые мутации, обнаруженные у животных, могут подорвать эффективность вакцин против Covid-19.

Правительство Гибралтара охарактеризовало заявление Дании как «особенно тревожное», поскольку в нем говорилось, что макаки, если они заразятся вирусом, могут стать источником инфекции для людей и потенциально могут передавать мутации, которые могут поставить под угрозу усилия по вакцинации.

Писарро сказал, что его команда из шести человек ежедневно наблюдала за макаками. Пока они не заметили никаких признаков инфекции.

Однако их патрули ясно дали понять, что пандемия — и, в частности, спад в туризме — стала благом для макак. «Их поведение во многих случаях нормализовалось. Они взаимодействуют с самими собой, кормятся естественным образом, они больше времени уделяют уходу друг за другом, между макаками меньше агрессии », — сказал Писарро.«Таким образом, сокращение контактов с людьми дает много положительных результатов».

Обезьяний бизнес: если макаки хотят вашу еду, они не будут ее просить!

Всякий раз, когда мне снилась моя первая встреча с дикими обезьянами, обстановка всегда была экзотической. Джунгли Амазонки, затененные густым пологом тропических лесов, с обезьянами-пауками, качающимися над головой. Над облаками на высокогорных плато Эфиопии, в окружении отрядов пастбищных гелад. Снежные альпийские пейзажи Японии, наблюдение за макаками, которые отдыхают от минусовых температур в термальных источниках.Я не ожидал встретить своих первых нечеловеческих приматов в густонаселенном уголке Европы.

«Прямо на холме, в паре сотен метров от билетной кассы», как выразился один дружелюбный местный житель, — не тот сигнал, который я ожидал в своем стремлении увидеть обезьян в дикой природе.

Автомобильные гудки и шумная верфь Гибралтара создают фоновый шум, а не вызывающие воспоминания крики попугаев, трогонов и других разноцветных птиц. Но хотя обстановке может не хватать тропического гламура, это не умаляет острых ощущений от встречи с обезьянами лицом к лицу.

Я замечаю шелест листьев на оливковых деревьях впереди меня. Я медленно подбираюсь ближе по грунтовой дороге за заброшенным военным бункером. Я замираю в 10 метрах от деревьев, когда замечаю пару глаз, смотрящих на меня сквозь ветви.

Я смотрю в глаза берберийской макаке. Моя первая реакция — пригнуться и отступить, чтобы дать ей место, но мое присутствие, похоже, ее нисколько не беспокоит.

Макака быстро теряет интерес и продолжает лакомиться оливковой листвой.К моей радости, на меня поворачивается вторая пара глаз. Они принадлежат младенцу, который держится за спину своей матери. Его молодое и смешно морщинистое лицо зациклено на мне и полно любопытства.

Самки берут на себя ответственность за воспитание детей, но, в отличие от других макак, самцы тоже принимают активное участие. © Арнольд Монтейт

В то время как большинство гибралтарцев знают макак как «обезьян» — они соответствуют обезьянам, имеющим характерную черту отсутствия хвоста, — на самом деле они являются разновидностью африканских обезьян, которые кажутся бесхвостыми (на самом деле у них есть рудиментарный хвост).Считается, что они впервые были завезены на Гибралтарскую скалу в 17 веке.

Недавно анализ ДНК показал, что присутствующие сейчас животные имеют марокканское и алжирское происхождение, опровергая предыдущие теории о том, что они являются остатками гораздо большей популяции, населявшей южную Европу до последнего ледникового периода.

Но как макаки попали в Гибралтар? Местные жители рассказывают истории о том, что они здесь плавают, но это немного натянуто, учитывая, что пролив, разделяющий континенты, имеет ширину 14 км и омывается сильными течениями.

Нет никаких записей о том, чтобы макаки были доставлены в Гибралтар, хотя странствующие мавры могли завезти их как домашних животных. В любом случае, макаки имеют глубокие корни в истории Гибралтара с момента их прибытия, особенно после того, как в 1713 году полуостров был передан Великобритании. Говорят, что пока макаки остаются, Скала останется под британским правлением.

Во время Второй мировой войны Уинстон Черчилль нашел время, чтобы оставить свои обязанности в военной комнате, чтобы приказать секретарю колонии найти способы увеличить популяцию макак и «сохранить ее в дальнейшем».

И поддерживался после этого. Население сейчас составляет более 300 человек, разделенных между семью войсками. Однако их образ жизни сильно отличается от образа жизни их родственников через пролив.

Зимой в Марокко и Алжире макаки дрожат в ледяных кедрах и сбиваются в кучу, чтобы согреться; резкий контраст с населением Гибралтара. Они также распространены в обширных лесных массивах, в то время как макаки Гибралтара ограничены одним квадратным километром, на высоте не более 500 метров над уровнем моря.

Следует ли кормить макак?

Удивительно, но на Скале много диких животных для макак.Их разнообразная растительная диета варьируется от оливковых листьев и фруктов до корней завезенных бермудских лютиков, и это дополняется живой добычей, такой как маленькие ящерицы и многочисленные беспозвоночные.

Обезьяны, будучи очень умными и приспосабливаемыми, неизбежно обожают человеческие подачки — и в этом проблема. Я слышу приближающийся автомобиль, и макаки, которых я наблюдаю, покидают свое дерево, явно в поисках чего-то.

Берберийская макака использует возможность для быстрого укуса.© Арнольд Монтейт

Я иду за ними через лес к дороге, где нас встречает толпа туристов. Подъехали два микроавтобуса, из них выливаются люди со своими смартфонами.

Молодые макаки забираются на крыши автобусов, одна из которых опасно висит на боковом зеркале и постукивает по стеклу. Туристы собираются вокруг макак, чтобы сделать селфи. Один из водителей автобуса раздает арахис.

Позади толпы таблички, прикрепленные к фонарным столбам, гласят: «Пожалуйста, не кормите макак» и «ВНИМАНИЕ: кормление макак — нарушение».Тем не менее, здесь гид кормил макак с рук на глазах у около 40 туристов. Если он это делает, их, безусловно, нужно поощрять делать то же самое.

Знак стоит и туристам! © Арнольд Монтейт

Подойдите слишком близко, и все, что выглядит так, как будто это может содержать пищу, может быть унесено. © Арнольд Монтейт

Неудивительно, что макаки заработали репутацию неустойчивого поведения в Гибралтаре.А туристический бум — полуостров принимает более 10 миллионов посетителей в год — только усугубляет положение. Макаки будут вырывать еду из рук туристов и красть все, от смартфонов до номерных знаков.

Они также известны своей жестокостью по отношению как к туристам, так и к макакам более низкого ранга. Легкодоступная пища усиливает конкуренцию в стае макак, усиливая агрессивное поведение.

Кусает руку, которая кормит

Вряд ли можно винить макак, они просто реагируют на возможности, которые мы создаем.«Они умные животные, умнее, чем думает большинство людей. Если им нужен ваш рулет с сосисками, они не станут вежливо просить его, — сказал мне один водитель такси. «Этим туристам тоже нужно быть умными. Если они не хотят, чтобы их еду забирали, не приносите ее в дом макак и определенно не выносите перед ними ».

Кормление макак с рук незаконно, но все же происходит часто. © Арнольд Монтейт

Перед поездкой в Гибралтар я прочитал множество новостей о макаках, нападающих на людей, и об укусах туристов.Статьи демонизировали макак и преследовали людей.

Я также видел, как людей кусали, пока я был там. Укусы и царапины могут привести к серьезной инфекции или даже к передаче болезни, но каждый инцидент, свидетелем которого я был, был связан с незаконным кормлением макак — они кусали только тогда, когда пищу насильно забирали.

Во время моего пребывания каждый день повторяется одна и та же рутина: макак кормят и утверждают свое господство в боях между войсками, в то время как туристы пугаются. Что расстраивает, решение может быть довольно простым.Лучшее образование туристов могло бы дать как посетителям, так и макакам гораздо лучший опыт на Скале.

Несмотря на то, что окружающие кажутся спокойными, макаки отнюдь не ручные, и к ним следует подходить осторожно. © Арнольд Монтейт

Я встречаюсь с местным приматологом Брайаном Гомилой, который первым организовал информативные, ненавязчивые туры по наблюдению за макаками на Гибралтаре. Через свою организацию Monkey Talk Gibraltar Брайан предлагает туры для небольших групп, которые включают наблюдение за макаками в дикой природе, аналогично ответственному наблюдению за приматами в других странах.«Вдали от туристических достопримечательностей, вот где люди должны их увидеть», — говорит он.

«В жизни макак есть гораздо больше, чем может видеть большинство людей», — добавляет Брайан. «Если бы люди могли проявить немного больше терпения и позволить макакам заниматься своими делами, я гарантирую, что они смогли бы подобраться как можно ближе к местам, которые сейчас используются для маршрутов на микроавтобусах и автобусах. Но прелесть такого подхода в том, что встречи будут происходить на условиях макак ».

Брайан Гомила ведет тур по бербериям, в ходе которого люди могут увидеть макак в гораздо более естественной обстановке.© Арнольд Монтейт

Брайан признает, что встречи на близком расстоянии могут быть необходимы для удовлетворения туристов, но считает, что способ такого взаимодействия должен измениться. «Сохраняя сдержанность, мы можем погрузиться в их мир, пока они ухаживают, собирают пищу и общаются всего в нескольких шагах от нас, не вторгаясь в них».

У встреч крупным планом есть и положительные стороны. Например, они предлагают большие возможности для государственного образования. Встреча с макакой может даже вдохновить следующую молодую Джейн Гудолл или Джеральда Даррелла.

Погружены в мир макак

Проведя время с Брайаном, я вижу макак в новом свете. Было бы легко приехать в Гибралтар и ничего не заметить, кроме того, что не так… безумие, как у папарацци, с которым туристы преследуют обезьян или такси, шумно ревущие вокруг заповедника.

Но Брайан позволяет мне все это видеть. Я могу наблюдать, как макаки ухаживают друг за другом на верхушках деревьев, внимательно наблюдая за своими детенышами под ними.Я вижу, как пятимесячные братья и сестры дерутся на виноградных лозах, прежде чем обнаруживаю, что меня окружают годовалые и двухлетние дети, обучающиеся игре на веревках.

Гибралтар — прекрасное место для посещения натуралиста. Он расположен на главной дороге миграции птиц, по которой весной и осенью проходит огромное количество хищников и воробьиных.

Здесь также есть множество интересных обитателей, от голубого каменного дрозда и берберийской куропатки до глазчатых и настенных ящериц, а в заливе можно наблюдать за дельфинами.Однако, прежде всего, его макаки — это природное сокровище.

Макаки живут большими социальными группами, в которых уход является ключом к обеспечению сплоченности. © Арнольд Монтейт

По всему ареалу обитания берберийских макак в Северной Африке наблюдается сокращение: их дикая популяция здесь может составлять всего 6500 особей, а с 2008 года этот вид классифицируется как находящийся под угрозой исчезновения.

Поимка детенышей макак для торговли домашними животными долгое время была одной из основных угроз, хотя в качестве позитивного шага это было запрещено совещанием СИТЕС в 2016 году (Конвенция о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения).По крайней мере, в Гибралтаре популяция макак кажется стабильной.

Вот почему мы должны попытаться сохранить дикую природу берберийских макак Скалы, единственных в Европе свободно бродящих нечеловеческих приматов. Если мы сможем признать, что их жизни имеют значение, тогда наши усилия по их защите будут гораздо более эффективными — и наш опыт в их окружении будет гораздо более полезным.

Основное изображение: Гибралтарские берберийские макки — единственные дикие обезьяны в Европе.© Арнольд Монтейт

Этот кроссворд впервые появился в BBC Wildlife Magazine . Загляните внутрь текущего выпуска и узнайте, как подписаться.

Дэмиен, демон-обезьяна с Мэйн-стрит

Хотя берберийские макаки родом из Северной Африки, их самые известные представители живут на другой стороне небольшого кусочка Средиземного моря, на Гибралтарской скале. Кери Кэрнс, которая в начале этого года проводила для нас исследовательскую фотожурналистику, чтобы проверить статус этих обезьян в дикой природе, сочла, что с его стороны было бы упущением завершить свое путешествие, не заглянув посмотреть на всемирно известных «Каменных обезьян».”Аппер-Рок принимает в среднем 800 000 туристов в год, и главной достопримечательностью являются приматы, живущие на свободе.
Один из популярных способов увидеть всемирно известных «скальных обезьян» Гибралтара (на самом деле это макаки-бербери) — это канатная дорога.
Конечно, это обезьяны, а не обезьяны, хотя у них нет хвостов. Неясно, как эта небольшая (неместная) популяция обезьян попала в Гибралтар. «Наиболее вероятный источник был представлен маврами около 700 г. н.э.», — сказала нам Кери.

«Во время своего пребывания в Марокко я был свидетелем прогрессивного масштаба того, что может произойти, когда берберийские макаки привыкают. В горах Риф макаки явно не хотят иметь с нами ничего общего и держатся подальше. В Узуде группа макак становится все более уверенной и ассоциирует людей с едой, хотя не все макаки интересуются. В Азру обезьяны «Туристической группы» явно ассоциируют людей с едой, и молодежь принимает это как норму ».
Обезьяны Гибралтара не привыкли к людям: они урбанизированы.
Но в Гибралтаре тесные контакты человека и обезьяны происходили веками. «Это привело к тому, что обезьяны стали« урбанизированными », что стало следующим шагом по сравнению с« приучением », — объяснила Кери
.
Кери столкнулась с одной особенно запоминающейся обезьяной, которая определенно подняла вещи на новый уровень. «Сразу за углом от моего отеля я встретил Дэмиена, взрослого самца макаки. Дэмиена выгнали из своей местной группы, в которой есть еще четыре мужчины. Теперь он предпочитает проводить большую часть своего времени на Мэйн-стрит и угонять любого, у кого есть полиэтиленовый пакет!
Макака Дэмиена-бербера научилась выживать на улицах Гибралтара.
«Его стратегия — просто быстро и уверенно подходить к людям. Большинство людей роняют пакет и, как я однажды видел, гигантскую плитку шоколада, которую они решили изготовить, прямо перед ним ».
Стратегия Дэмиена: уверенный подход…

… Испуганная жертва….

… И награда его!

К сожалению, Дэмиен — лишь один из примеров того, что делают многие обезьяны Гибралтара, чтобы заполучить вкусные высококалорийные лакомства.Это в дополнение к набегам на небезопасные мусорные баки и другие места в поисках остатков человеческой еды. Перекармленные макаки производят больше потомства, чем этот городской район может легко прокормить. Иногда реакция правительства на этих «лишних» обезьян может быть решительной.
Диета, состоящая из нездоровой пищи, не пойдет на пользу Дэмиену или любой другой макаке.
Кери вспоминает: «В последний раз я был в Гибралтаре пять лет назад, когда стало известно о предполагаемой выбраковке макак. К счастью, у обезьян теперь есть высокопоставленные друзья, простите за каламбур.В 2011 году к власти пришло новое правительство, и его новый главный министр Фабиан Пикардо выступает против любого уничтожения макак. В 2008 году он сравнил уничтожение макак с убийством Микки Диснеем! Новым министром окружающей среды стал доктор Джон Кортес, бывший глава Гибралтарского общества орнитологии и естествознания, всемирный эксперт по берберским макакам. Новое правительство скоро выпустит новый план управления «обезьянами» и публичную кампанию. Предварительное название: «Верните наших обезьян к природе».’”
Подобные знаки распространены, но они не помогли.
Находясь в Гибралтаре, Кери также встретился с Эриком Шоу, главой группы менеджеров «обезьяны». «Эрик смог показать мне одну из главных городских проблем: мусор. Гибралтару невероятно повезло с ночным сбором мусора. К сожалению, некоторые люди не понимают, что если днем они выбрасывают мусор, это слишком соблазнительно для ленивой макаки. Все мы любим холодную пиццу, а почему бы и нет? Это те же люди, которые жалуются, что их мусор разбросан по улице и что с их деревьев украли все красивые спелые сливы.

«Вокруг города установлены предупреждающие знаки, и грозит штраф за оставление мусора. К сожалению, они игнорируются во многом, как и знаки, запрещающие кормить макак в заповеднике: штрафы за кормление макак в Аппер-Роке действуют с 1921 года, но до сих пор ни один человек не был оштрафован! »

Однако есть надежда, что жители Гибралтара смогут жить в большей гармонии со своими соседями-обезьянами. «Эрик смог показать мне несколько новых реализуемых стратегий», — сказала нам Кери.